Поэт Пушкин и Царская власть

vyy_i_pushkinВ комментариях к моей статье на «Русской народной линии» «Кем Пушкин был приговорен» прозвучало следующее: «Объяснения между поэтом и Государем не состоялось. Уместнее было бы сказать, что состоялся тяжелый разрыв дружественных отношений, который переживал и Государь, и поэт».

Сразу же отмечу, что тема отношений Царя Николая I и Александра Пушкина гораздо шире, нежели их дружба или же «разрыв дружественных отношений». Поэтому в нижеследующей публикации я попытался раскрыть то, что выходит за рамки их личных взглядов друг на друга.

Еще до Пушкина его учитель и наставник поэт В.А. Жуковский говорил о русской монархии, что ее суть есть «правда, правда, Божия правда — и более ничего». В Божией правде русский монархист Жуковский видел то, что не замечают некоторые наши сегодняшние монархисты, а именно духовные основы Царской власти. «Вот тайна верховной власти и самое легкое средство властвовать, — говорил Жуковский, — умей только вовремя, не обманывая себя никакими софизмами, верующим, полным страха Божия сердцем применять Божию правду к делам человека. Самодержец неограничен в исполнении Божией правды; монарх более или менее ограничен постановлениями, которых сохранение, раз признанное, принадлежит уже Божией правде; республиканское правительство так же точно подчинено закону Божией правды, как и самодержец. Никто не говори: моя воля; все должны говорить: воля высшая — и в ней видеть свою. Итак, ни самодержец, ни монарх, ни демократия не могут следовать одной собственной воле. И если свою волю кто из них признает главным источником власти, то из законного владыки он обращается в беззаконного деспота. Воля самодержца так же ограничена, как воля толпы, с тою только разницею, что на нем лежит наибольшая ответственность, ибо на одном его лице лежит все, тогда как монарх имеет своею подпорою и ограничением воли своей постановления, тогда как демократия не лицо, а масса, и ответственность лежит на всех вместе, а не на каждом особенно.

Самодержец не имеет права быть самовластным; когда он говорит: я так хочу, — он должен в то же время присоединять к этому слову: потому что Бог или Божия правда так хочет. Принимать свою волю за высшую волю есть святотатство; произвол есть нарушение Божией правды и самый опасный враг власти самодержавной, которая в своей чистоте есть высочайшее достоинство, какое только может иметь на земле человек смертный. Смирение христианское есть венец самодержавия; оно должно быть святейшею добродетелью самодержца, понеже между христианами он должен занимать ближайшее место к Богу Спасителю. Но, представляя Бога, он не есть Бог, а только самый могущественный исполнитель Божией воли, то есть Божией правды. Самодержец есть источник земного закона, но он сам не есть закон, а только выразитель закона Божия, который один — закон, один — верховная правда».

Русский монархист Пушкин не сразу понял и принял духовную идею Царской власти в России. Вначале он увлекался масонскими антимонархическими идеями декабристов. Но со временем духовно настолько вырос, что стал понимать сущность Царской власти.

Как поэт он говорил о самодержавии весьма образно: «Государство без полномощного Монарха то же, что оркестр без капельмейстера: как ни хороши будь все музыканты, но если нет среди них одного такого, который бы движеньем палочки всему подавал знак, никуда не пойдет концерт».

Однажды Пушкин разговаривал с Гоголем относительно самодержавного правления в России. Впоследствии Гоголь по поводу этого разговора заметил: «Как умно определял Пушкин значение полномощного монарха! И как он вообще был умен во всем, что ни говорил в последнее время своей жизни! «Зачем нужно, — говорил он, — чтобы один из нас стал выше всех и даже выше самого закона? Затем, что закон — дерево; в законе слышит человек что-то жесткое и небратское. С одним буквальным исполнением закона недалеко уйдешь, нарушить же или не исполнить его никто из нас не должен; для этого-то и нужна высшая милость, умягчающая закон, которая может явиться людям только в одной полномощной власти».

В последние годы Пушкин молился на церковных богослужениях и причащался Христовых Таин. Духовно преображенный он с изумлением увидел плоды западного либерализма, которым в свое время увлекался. И тогда он определил сущность демократии как «отвратительный цинизм, в ее жестоких предрассудках, в ее нестерпимом тиранстве… Большинство, нагло притесняющее общество, родословные гонения в народе, не имеющем дворянства; со стороны избирателей алчность и зависть; со стороны управляющих робость и подобострастие; талант, из уважения к равенству, принужденный к добровольному остракизму. Такова картина».

Мнение русского монархиста Пушкина относительно самодержавной Царской власти влияло на умы наших поэтов, писателей, философов, историков. Даже знаменитый критик-демократ Виссарион Белинский под влиянием пушкинских высказываний писал: «Да, в слове «Царь» чудно слито сознание русского народа, и для него это слово полно поэзии и таинственного значения… И наше русское народное сознание вполне исчерпывается словом «Царь», в отношении к которому «отечество» есть понятие подчиненное, следствие причины».

На этом примере можно увидеть, что благодаря взглядам Пушкина на Царскую власть русские писатели и мыслители стали осознавать значение православного самодержавия, его величие и необходимость для России.

Рубрика размещения Колонка писателя Игоря Евсина, Цари династии Романовых.. Закладка постоянная ссылка.

Comments are closed.